Добавлено (28.02.2010, 21:57)
---------------------------------------------
Станица Урупская. «Мя-у… Мя-у… Мя-у…»
Большой трактъ проходитъ черезъ станицу Урупскую. По нему казаки другихъ станицъ провозятъ въ городъ на продажу всяческiе продукты, особенно осенью. На возы наваливаются горы мешковъ, и где-нибудь умостившись сбоку, казакъ-возница погоняетъ медлительныхъ своихъ воловъ, помахиваетъ кнутомъ и подъ палящими лучами солнца, отмахиваясь отъ мухъ, предается той сладкой дреме, которую навеваетъ покачиванiе воза, скрипъ колесъ и мерный шагъ воловъ.
За то не дремлютъ урупцы. Примостившись за тыномъ, у дороги, они привязываютъ къ веревке железную кошку и, довко бросивъ ее, стаскиваютъ чувалы на землю.
На конце станицы казакъ, прозевавшiй мешокъ, замечаетъ пропажу:
— Ты чего сталъ? — спрашиваютъ невинно урупцы.
— Мешок пропалъ, — говоритъ удивленно казакъ.
— Мешок… гм… да разве ты не видалъ?..
— А что?
— Да его-жъ кошка съела…
— Во-о… чешется казакъ… И въ следующiй разъ, встречая урупцевъ, посвященный въ тайну ихъ уловокъ, злобно мяучитъ имъ въ следъ:
— Мя-у, мя-у, мя-у… Чертовы кошатники…

Добавлено (28.02.2010, 21:57)
---------------------------------------------
Станица Голубинская. «Капуста».
Ехалъ казакъ со службы. На радостяхъ, что скоро дома будетъ, и сынишку къ груди богатырской прижметъ, и жену молодую обниметъ, и тыны поправитъ, хозяйство подновитъ, — накупилъ онъ разнаго гостинцу. И жене, и сыну, и всемъ, кто дорогъ былъ его казачьему сердцу.
— Вотъ — думаетъ — порадую домашнихъ…
Для жены же купилъ новые ботинки. Что это были за ботинки?! Форсу в нихъ — бездна! Блестятъ, какъ жаръ. Нажмешь — скрипятъ. А ежели на ноги надеть — рыпу не оберешься…
— Вотъ, ето ботинки, такъ ботинки… радовался казакъ. Ведъ, ето, какъ она, моя то, пройдетъ — усехъ въ жаръ броситъ. И старыхъ, и молодыхъ… А ужъ про бабье говорить не приходится: ежели отъ зависти не подавятся, такъ мужей поедомъ съедятъ… И што за ботинки! Хоть на столъ станови…
Уложилъ ихъ въ сумы и едетъ домой. Едетъ и песенку себе курлычитъ. Потомъ улыбнется и начнетъ чего-то подмигивать, да плечомъ поводитъ. Усы закрутилъ и папаха у него святымъ духомъ держится — чисто приклеенная. На самомъ — что ни на есть — затылке…
Случилось служивому проезжать станицу Голубинскую ивъ той станице заночевать. Остановился онъ въ одномъ курене. Сталъ раскладаться, — видитъ: молодайка по купеню ходитъ — вертится, боками поводитъ и глазишшами своими черными стреляетъ во все стороны. Сама изъ себя пригожая, да красивая такая. Косы у ей черныя, что ворона крыло, брови густыя, а ужъ губы-то, губы — кровь… Того и гляди, лопнутъ: нежныя такiя, кожица на нихъ тонкая, что папиросная бумага.
Искусился казакъ. Помутилось у него въ голове.
Досталъ онъ ботинки, сталъ ихъ въ поднятой руке поворачивать.
— Ихъ — говоритъ — вотъ ботиночки! Жане везу… Вотъ ето такъ ботиночки…
А самъ коситъ взглядомъ на молодуху.
У той духъ занялся, какъ увидала она обновочку.
Стала — ровно пришитая, глазъ не сводитъ.
А казакъ, шельма, надавитъ ботинки, а те: ри-ипъ!
Досталъ этотъ рипъ до женскаго сердца, ухватился за него и никуды не отпускаетъ…
Моргнулъ ей казакъ, а она только голову наклонила…
Пошелъ казакъ на дворъ… Передъ ночкой воздухомъ подышать… Кровь у него молодецкая бурлитъ, наружу просится, въ сердце толкается…
Перелезъ черезъ тынъ и сталъ раздумывать:
— А что же я жене то привезу?..
И решилъ этихъ ботинокъ ни подъ какую цену не отдавать, а надуть какъ-нибудь молодуху…
Сорвалъ у ней на огороде два качана капусты, завернулъ въ платокъ и вернулся въ курень. Положилъ ихъ подъ подушку. А когда пришла ночька, а съ ночькой, таясь, пробралась къ казаку казачка — провели они сладкое время…
— А ботиночки иде? — спрашиваетъ она.
— Ды у тебе жъ въ головахъ… отвечаетъ казакъ.
Нажметъ казачка затылкомъ подушку, а капуста под ней: ри-ипъ!
— Рипи — рипи, — приговариваетъ бабочка — сегодня въ головахъ, а завтра будешь на ногахъ рипеть…
Поутру уехалъ казакъ дальше въ путь-дороженьку.
Схватилась его казачка Голубинской станицы, а казака и следъ простылъ. Подняла подушку: узелокъ… азвязала она узелокъ, а въ немъ — два кочана капусты.
И заплакала она горько, горько…
Да что-жъ? Бабьи слезы — все одно, что вода.

Все - " Да ну! Ой как интересно!! Расскажи"

- " В крестик пулемета..."

Объявили казаки одной из станиц войну всему НАТО. Приехал корреспондент в эту станицу и заходит в одну из изб. Видит сидит дед с усами и саблю точит.
-Дед .А ты кто?
-Я сотник.
-Это правда что вы войну Нато объявили?
-Правда.
-А сколько у вас воинов?
-Да сотни две наберём.
-А ты знаешь что в НАТО несколько миллионов воинов?
Дед задумался,покрутил усы,почесал лысину и говорит.
-Это где же мы вас всех похороним!

Казак собирается жениться, говорит своей невесте:
"Я женюсь на тебе, но только при одном условии: вот если я прихожу домой и моя фуражка прямо надета, то все в порядке, а если я прихожу домой и моя фуражка набекрень надета, то ты меня с улыбкой встречаешь, сапоги стягиваешь, щи на стол ставишь, и все молча..."
"Согласна", - отвечает казачка - "но и у меня есть условие: вот если ты приходишь домой и я прямо стою, то все в порядке, а если я подбоченясь стою, то мне уже все равно, как твоя фуражка надета."

Возвращается казак домой, заходит в хату, снимает шашку, проходит дальше, снимает кобуру с пистолетом, заходит в спальню, а там жена с мужиком. Казак хватает мужика за его хозяйство и тащит к порогу, где стоит шашка, дабы отрубить ему все его достоинство. Мужик видя все это вырывается и убегает. Казак схватил пистолет пострелял вдогонку, но не попал.
Он сел за стол, выпил стакан и рассуждает:
"Подведем итоги боевой операции: И хрен вытерли и с салютом проводили!"

Сидят дед с внуком, обмывают благополучное возвращение с чеченской войны. Дед говорит: "Когда я возвращался с войны прихватил с собой пулемет Максим". Внук говорит: "А я притащил гранатомет". Показывает деду. Дед повертел и говорит: "Вот бы стрельнуть".
- в чем дело? пошли во двор. Вон видишь, дед, туалет стоит, представь, что это чеченский джип.
Выстрел. Туалета нет.
Продолжают баловаться чихирём. Внук спрашивает:
-дед, а где бабуля?
Дед, махнув рукой, сказал: Нефиг ездить в чеченских джипах!

А вот напоследок самый мой любимый:

Молодой казак жалуется старому:
- не могу, дед! Глянешь, что творится вокруг,— и руки опускаются!
- Это ничего, внучек! — отвечает дед, лишь бы почаще опускались, да в каждой бы руке — по нагайке!

Добавлено (27.08.2010, 18:03)
---------------------------------------------
Женился казак, отпразновали свадьбу, запрыгнул он на коня, взял жену ... поскакали домой.
Тут конь запнулся. Казак произносит "Один".
Скачут далее, конь второй раз запнулся. Казак - "Два".
Проехав еще некоторое врямя конь спотыкается еще один раз.
Казак останавливает коня, слезают с него, казак произносит "Три"
и убивает коня выстрелом в голову.
Жена в панике: "За что?! За что ты его убил?!".
Казак произносит: "Один"...

Добавлено (27.08.2010, 18:07)
---------------------------------------------
Дед, а правда, что женатые казаки живут дольше холостых ?
- Да нет, просто им так кажется !