Воскресенье, 01:30
Главная / Профессор МГИМО Алексей Подберезкин: "Ресурсное проклятье" или геополитическое преимущество России?

Профессор МГИМО Алексей Подберезкин: "Ресурсное проклятье" или геополитическое преимущество России?

15.09.2013 17:21
Профессор МГИМО Алексей Подберезкин: "Ресурсное проклятье" или геополитическое преимущество России?
Одно из важнейших геополитических преимуществ России в Евразии это ее огромные природные богатства и географическое положение. И первое, и второе нередко относят к "ресурсному проклятию" нашей страны, которое - де затрудняет освоение восточных регионов и сдерживает их развитие.

Сибирь, когда Российская империя ее присоединила, была наименее заселенной и наиболее сложной в плане прав на обладание её территорией. До 1900 года это были нанесенные на карту земли, населенные малочисленными местными охотниками и кочевниками. Это был уязвимый момент, так как земли могли посчитаться "незанятыми", и российскому государству во что бы то ни стало необходимо было там укорениться. Вначале Российская империя не предпринимала активных попыток заселения Сибири и Дальнего Востока, её инициатива огранивалась частичной эксплуатацией ресурсов. Как справедливо замечает академик М. Титаренко, "К сожалению, внутренняя политика России со времен Петра I не отличалась последовательностью в решении вопросов о геополитической и цивилизационной идентичности страны и ее культуры. Петр I толкал Россию в Европу. В советское время В.И. Ленин и ряд его ближайших последователей призывали бороться с азиатскими компонентами русской политики и культуры ("азиатчиной"). Все это усиливало доминирование евроцентризма в политике страны и, в частности, принижало значение исконно русских, славянских корней российской цивилизации. В практической политике подобные тенденции выражались и выражаются до сих пор в том, что евроцентризм доминирует во всем"[1].

В частности в пренебрежении развитием железных дорог и востоку от Урала.

 Эксплуатационная длина железнодорожных путей на конец 2009 года[2]


Из этих сравнений следует, что:

- во-первых, существующая плотность ж/д путей в России уступает в 5-25 раз (!) европейским;

- во-вторых, длина российских эксплуатируемых путей всего лишь в 2,5 раза больше, чем у Германии и Франции и в 4-5 раз больше, чем у Италии и Испании;

- в-третьих, сравнение восточных регионов России с западноевропейскими странами или Китаем вообще нецелесообразно потому, что счет идет уже об отставании не в разы и десятки раз, а на два-три порядка.

Этот евроцентризм, по мнению М. Титаренко, получил конкретное экономическое и политическое оформление:

- в концентрации основных средств и стратегических целей развития страны в европейской части и превращении Москвы в сверхмонополиста в сфере финансовых и других ресурсов страны;

- в превращении огромных восточных регионов, богатых ресурсами, в своеобразную квазиколонию европейской части страны. Из Сибири и Дальнего Востока выкачивались и выкачиваются ресурсы без должной компенсации для развития и подъема восточных регионов;

- в однобоком, уродливом развитии регионов российского Востока. Сырьевая направленность экономики стала здесь доминирующей. Лишь в 30-е годы прошлого века и особенно в годы Великой Отечественной войны Сибирь получила перемещенные из европейской части крупные промышленные предприятия и объекты. Правда, и до этого возникали такие гиганты индустрии, как Кузнецкий металлургический комбинат, ряд машиностроительных предприятий на Дальнем Востоке, в Восточной и Западной Сибири. Однако в освоении региона, с точки зрения обеспечения трудовыми ресурсами, значительную роль играли принудительные формы труда, лагеря ГУЛАГа, что придавало региону не самый привлекательный образ;

- в обострении противоречия внутри российской культуры и цивилизации в целом. Под давлением вестернизации национальные черты русской культуры и культуры других национальностей стирались и растворялись в чуждых цивилизационных и религиозных традициях народов, в чуждых и низкопробных образцах европейской и американской масс-культуры. Более того, в конце XX века российская культура и цивилизация были принижены до такой степени, что на политическом уровне была поставлена "задача вхождения в мировую цивилизацию", что, по сути, означало маргинализацию российской культуры. В своей монографии "Геополитическое значение Дальнего Востока. Россия, Китай и другие страны Азии" (М., 2008) я стремился всесторонне раскрыть вредоносную сущность насаждения вестернизации в России.

Еще в середине XVIII века, когда консолидировалось централизованное российское государство в виде Российской империи, основоположник российской науки, образования и реформатор русского языка М. Ломоносов впервые комплексно сформулировал три стратегические задачи, которые должно было решить российское государство, чтобы обеспечить устойчивое и нормальное развитие и играть отведенную историей роль. Эти три программные задачи сводятся к следующему.

Во-первых, "российское могущество прирастать будет Сибирью и Северным океаном и достигнет до главных поселений европейских в Азии и в Америке".

Во-вторых, "когда... желаемый путь по Северному океану на восток откроется, тогда свободно будет укрепить и распространить российское могущество на востоке, совокупляя с морским ходом сухой путь по Сибири на берега Тихого океана".

В-третьих, одной из ключевых задач российской власти великий ученый считал "сбережение" и "приумножение российского народа" не менее чем по 1 млн новорожденных в год. Одновременно он придавал важное значение налаживанию добрых отношений сотрудничества русского населения с коренными народами Сибири и Дальнего Востока".

Впрочем, правящие круги страны вполне довольствовались символическим контролем над гигантской территорией в течении ее завоевания, вытесняя туда избыточное население с европейской части страны и основывая ряд малых городов и постоянных поселений между Уральскими горами и Тихим океаном. Монархия не стремилась к широкомасштабному освоению или урбанизации этого региона.

Фактически урбанизация Сибири и Дальнего Востока - это советский феномен. Размещение и концентрация людей и экономической деятельности в конкретных городах по всей территории была фундаментальная идея советских руководителей.

Характер освоения Сибири дает ясно понять, что с самого начала преследовалась цель получения прибыли. Сибирь и Дальний Восток были источником ценного меха, соли и ценных минералов. В 1700 году, кроме коренного населения, во всем регионе Сибири и Дальнего Востока проживало уже около 200 000 российских поселенцев. Население было по большей части сельским и проживало в небольших деревнях.

Главные мотивы продвижения русских людей на восток следует искать в развитии социально-экономических отношений в России в XVII веке. Это было время активного проникновения в экономику России товарно-денежных отношений, усиления обмена между областями страны, формирования единого всероссийского рынка. В таких условиях страна нуждалась в новых территориях как источниках сырья и рынках сбыта. Пушнина, которой были богаты дальневосточные и сибирские земли, служила источником пополнения государственной казны и способствовала росту доходов промышленников и купцов.

Наряду с экономическими, были и социально-политические причины, стимулирующие продвижение русских людей на восток. В XVII веке происходит резкое усиление социальной напряженности в стране, связанное с ростом налогов, последствиями смуты и разрушительных войн. С принятием Соборного Уложения 1649 года, произошло юридическое оформление крепостного права, ухудшилось положение посадских людей. Усиление эксплуатации народа вызвало серию городских и крестьянских движений. Стремясь избавиться от гнета помещиков и бояр, народ шел на восток. Особых препятствий добровольному переселению народа правительство не чинило, что было связано, во-первых, с выводом непокорных социальных элементов из центральных регионов России; во-вторых, со стремлением царизма распространить свою власть на новые земли и освоить их для укрепления статуса государства.

Существовали и внешние причины колонизации Дальнего Востока. Барьер враждебных России государств - Швеции, Речи Посполитой, которые владели Прибалтикой, и Турции, захватившей берега Черного моря, изолировал российскую державу от Западной Европы и других стран. В таких условиях Россия должна была обезопасить свои восточные и юго-восточные рубежи, создав здесь прочный тыл, и искать новые экономические и политические связи на востоке. В совокупности эти факторы и составили исторические мотивы открытия и освоения обширного дальневосточного региона[3].

В конце XVI - начале XVII вв. общая численность проживающих по всей Сибири народов составляла 200 тыс. человек, а на территории Приамурья и Приморья к середине XVII в. достигала 30 тыс. человек. Местные народности Сибири и Дальнего Востока представляли разные языковые семьи и этнические группы. Начиная с XVII в. общественная жизнь коренных народов постепенно менялась под влиянием русских переселенцев, а на формирование дальневосточного социума наложили свой отпечаток различные формы колонизации Дальнего Востока (военная, казачья, крестьянская и криминальная), которая активизировалась после подписания Айгунского (1858 г.) и Пекинского (1860 г.) договоров между Россией и Китаем. К началу 60-х гг. XIX в. на территории русского Дальнего Востока проживали 352,5 тыс. человек - в Забайкальской области, 13,9 тыс. человек - в Амурской области, 35,1 тыс. человек - в Приморской области[4].

Первыми, кто колонизировал Дальний Восток, были военнослужащие, появившиеся на Амуре и Сахалине еще до заключения Айгунского договора. Солдаты Восточно-Сибирского линейного батальона, а также третьего Сибирского батальона сравнительно небольшой численностью несли воинскую службу на постах и в гарнизонах. Власти предприняли попытку задержать демобилизованных в крае с помощью льгот, определенных законом 1893 г., полагая, что в случае войны запасные будут нужны. Однако этот источник заселения края себя не оправдал. В 1906 г. здесь осталось лишь три сотни демобилизованных.

Переселение показало, что колонизационное дело не может быть успешным при отсутствии собственной инициативы переселенцев. Дальнейшее заселение Дальнего Востока носило уже добровольный характер. Самым массовым во второй половине XIX в. стало крестьянское переселение, что было обусловлено отменой крепостного права, крестьянским малоземельем в центре страны, большими площадями свободных земель и угодий на юге Дальнего Востока, отсутствием здесь помещичьего землевладения. В 1850-1916 гг. на Дальний Восток прибыло 488,7 тыс. крестьян[5].

В переселенческом движении на Дальний Восток во второй половине XIX - начале ХХ вв. выделяют, как правило, три этапа: 1861-1881 гг. (сухопутное переселение); 1882-1900 гг. (переселение морским путем) и 1901-1917 гг. (переселение по Транссибирской железнодорожной магистрали). По закону от 26 марта 1861 г. переселенцам отводился в бесплатное пользование участок земли до 100 десятин (109 га) на каждое семейство, они навсегда освобождались от подушной подати и на 10 лет - от рекрутской повинности; за плату (3 руб. за десятину) поселенцы могли дополнительно приобретать землю в частную собственность; в крае была введена беспошлинная торговля (режим порто-франко) и т. д. Эти меры усилили миграционную подвижность населения страны, способствовали притоку на дальневосточную окраину крестьян, казаков, рабочих.

1880-е гг. стали переломными в отношении российского правительства к дальневосточному краю. В значительной степени это было связано с активизацией международной политики в Азиатско-Тихоокеанском регионе, где столкнулись интересы России, Китая, Кореи, Японии, США, Англии и Франции. Правительство осознало крайнюю необходимость заселения российскими подданными недавно приобретенной территории[6].

Быстрому росту населения Дальнего Востока способствовала Столыпинская переселенческая политика. Только в 1911-1915 гг. на Дальний Восток проследовало на заработки 194,3 тыс. человек[7].

Колонизация Сибири и Дальнего Востока стала официальным правительственным проектом в рамках программы российского премьер-министра Петра Столыпина по реформированию сельского хозяйства. Большинство миграционных ограничений, включая требования к собственности, были отменены в 1904 году. В результате этой политики численность населения Сибири достигла 10 миллионов человек к 1917 году[8].

Тем временем заселение Дальнего Востока оставалось неплотным и разбросанным. Известно, что строительство более или менее значимых поселений на Дальнем Востоке началось только в 1850-х гг. Территория вдоль Амура была предметом спора между Россией и Китаем. Когда она была окончательно присоединена. Причем большинство переселенцев сосредоточилось поближе к Тихоокеанскому побережью, в Приморье[9].

К концу царского правления районы Восточной Сибири и Дальнего Востока за пределами Транссибирской магистрали были едва обозначены на карте, не говоря уже об их заселении. Крупномасштабное заселение и урбанизация Дальнего Востока в царской России было просто невозможна. Все-таки заселение, освоение и содержание такого огромного и холодного региона было слишком дорогостоящим, у Российской империи просто не было таких средств.

Колонизация Дальнего Востока на первом этапе имела ряд отличий от колонизации других территорий. Они влияли на формирование дальневосточного социума, на специфику зарождения и развития общественных процессов и явлений внутри него. Среди отличительных черт колонизации Дальнего Востока можно выделить следующие:

- влияние внешнеполитического фактора на всю дальневосточную политику России было превалирующим над всеми другими. Процесс русского заселения восточной территории находился под постоянной угрозой его опережения другими государствами, поэтому скорейшее заселение пустующих земель стало стратегической целью царского правительства;

- заселение края началось в середине XIX в. и по времени было наиболее поздним среди других проводимых Россией колонизаций, таких, например, как освоение Приуралья, Сибири, Кавказа, Новороссии, Бесарабии. Накопленный опыт давал представление о целях и задачах государства в политике колонизации, а также о формах и методах их достижения;

- заселяемая территория была по существу необжитой. Коренные народы Дальнего Востока были весьма немногочисленными, а так как они занимались в основном рыбной ловлей и охотой, то не противились сельскохозяйственной колонизации;

- необходимые ускоренные темпы заселения заставляли проводить переселенческий процесс на неподготовленные территории, где уже на месте решались возникающие проблемы;

- в аграрной России колонизация по преимуществу являлась крестьянской, но в ней приняли участие и другие социальные слои: казаки, военнослужащие и ссыльные. Решая свои задачи, возникающие на различных этапах переселения, государство привлекало тот или иной состав переселенцев к заселению территории, которые перемещались на отличных друг от друга основаниях, двумя различными способами: добровольным и принудительным. Помимо выходцев из России в дальневосточный регион были допущены и представители соседних азиатских стран.

Дальний Восток являлся для России прежде всего военным форпостом на берегах Тихого океана. Большая военная составляющая присутствовала на протяжении всей истории освоения этого региона, что наложило свой отпечаток и на более поздние формы колонизации.

_______________

[1] Титаренко М.Л. Россия и ее азиатские партнеры в глобализирующемся мире. Стратегическое сотрудничество: проблемы и перспективы. М.: ИД "ФОРУМ", 2012. С. 85-87.
[2] Транспортная стратегия Российской Федерации на период до 2030 года. Раздел "Международные сравнения". РП N 1734 от 22 ноября 2008 г. С. 66.
[3] Ефимов А.В. Из истории русских географических открытий в Северном Ледовитом и Тихом океанах. XVII - первая половина XVIII века. М. 1960.
[4] Долгих Б.О. Этнический состав и расселение народов Амура в XVII в. по русским источника. /Сб. статей по истории Дальнего Востока. М. 1958.
[5] Шелегина О.Н. Адаптация русского населения в условиях освоения территории Сибири (Историко-этнографические аспекты. XVII-XX вв.). Учебное пособие. М.: ЛОГОС, 2001.
[6] Этномиграционные процессы в Приморье в XX веке. Владивосток, 2002. С. 10, 17.
[7] Дубровский С.М. Столыпинская реформа. М. 1930.
[8] Кабузан В.М. Заселение Сибири и Дальнего Востока в конце XVIII - начале XX в. (1795-1917 гг.) // История СССР. 1979. N. 3. С. 622
[9] Ibid. С. 628-629.


Источник: http://viperson.ru/wind.php?ID=665497

Внимание! Мнение редакции КИАЦ может не совпадать с мнением автора статьи.

Категория: На заметку казакам | Просмотров: 523 | Добавил: Ст-администратор1 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]