Воскресенье, 06:56
Главная / Казаки — это лучшая часть русского народа

Казаки — это лучшая часть русского народа

29.10.2015 22:45
Казаки — это лучшая часть русского народа

15 сентября 2015 года пошел четвертый год со дня утверждения Стратегии развития государственной политики Российской Федерации в отношении российского казачества до 2020 года Президентом РФ 15.09.2012 N Пр-2789 . И сегодня, когда казаки снова становятся объектом многочисленных споров и обсуждений, а главное, силой, которую вновь начинают признавать и уважать, мы решили расспросить о подлинном положении дел заместителя атамана Оренбургского отдела СКВРиЗ полковника В.Д.Филонова.

— Владимир Дмитриевич, с момента возрождения казачества в России прошло более 20 лет. Насколько удалось казакам восстановить силы за это время?

— Естественно, восстановиться полностью не удалось, потому что ранее казачество было в сложившейся многовековой структуре, где родилась казачья психология. А сегодня, во-первых, идеология другая, во-вторых, нет интереса государства к казачеству. В одну реку дважды не войдешь. Но все же, как таковое, возрождение произошло, казаки объединились в различные структуры, а дальше уже идет восстановление и развитие. По сравнению с 1990 годом изменения очень большие. Выработалась своя идеологическая платформа в казачестве, выработался новый образ жизни. Если несколько лет назад мы не знали, куда идем, то сейчас ясно видим.

— Благодаря чему все-таки удалось окончательно реабилитировать казачество после гонений советского периода?

— Что касается реабилитации, то я скажу, что вообще не удалось реабилитировать казаков. Казачество подверглось самому страшному геноциду. Ни один народ, кроме русского (я не отделяю казачество от русского народа, это составная часть русского народа в системе русского государства), не понес такой урон в период революции и гражданской войны. Лидеры революции, коммунизма четко видели, знали способность казачества к быстрой самоорганизации, поэтому еще до гражданской войны судьба казачества была решена в их программных документах.

А на то, что не удалось реабилитироваться, указывает тот факт, что до сих пор на карте России находится имя самого главного виновника геноцида казачества Свердлова (Аптекмана). Область не может носить имя этого человека ни по каким причинам и ни по каким законам. Казачество старалось убрать его имя из названия области, прикладывали к тому большие усилия. В моей директиве по переименованию Свердловской области четко указаны основания, по которым она не должна носить это имя. Но всё равно кто-то упорно сохраняет на карте России имя палача казачества, недвусмысленно напоминая нам, что до реабилитации еще очень далеко и что силы, уничтожавшие казачество, еще живы.

— Но если в советское время имя «казак» чаще дискредитировалось, то сейчас оно уже звучит по-другому…

— Как бы ни старались, имя «казак» никогда не пропадало. Даже в страшные для казачества 1930-е годы, в 1940-е. В 1936 году казачество было реабилитировано, и за первой попыткой реабилитации стоял Сталин. Сегодня клянут Сталина, но, как ни странно, больше всего для реабилитации сделал он. Были приняты постановление ВЦИК о реабилитации, а затем приказ наркома обороны о создании 12 казачьих дивизий, с казачьей формой одежды. Кто сегодня ругает Сталина и близко не сделали столько для реабилитации казачества, сколько он.

— Сегодня все чаще вспоминают былую боевую славу казаков, и ведутся разговоры о возвращении прежних военных полномочий казакам. Каковы реальные перспективы, что казак снова сможет постоять за Родину и за себя с оружием в руках?

— Казачество всегда было законопослушным, и венцом всей жизни казачества было служение России. Казаки — это самая патриотичная часть населения России. Мы и впредь готовы служить без всякого деления нас на реестровых и нереестровых. Но мы хотим жить по нашим обычаям и традициям — избирать себе атамана и ни в коем случае не хотим, чтобы нам его назначали. Сегодня мы видим, каких атаманов нам пытаются навязать. Упаси Господи! Мы будем молиться, чтобы этих атаманов никогда не было у нас. Не надо нам навязывать их, потому что мы их все равно никогда не воспримем. Мы готовы к службе и, как все народы России, служим на основании конституции в армии и других силовых ведомствах.

— А что насчет тех казаков, которые проживают близ границ или в конфликтных зонах? Разве они не могли бы защитить себя и страну, имея оружие?

— А здесь не оружие надо, а четкий закон о статусе казачества. Не о госслужбе казачества, которой — нет. Представьте, закон о госслужбе есть, а самой службы нет! 154-й закон о госслужбе полностью отсылочный — отсылает к другим законодательным актам. А самой службы мы найти не можем. Вот если бы была организована казачья служба — к примеру, природоохранная казачья служба, то все становится на свои места. Есть закон — есть служба.

— Ведутся ли в данный момент какие-либо переговоры с правительством для расширения и укрепления прав казачества?

— Я как член Атаманского Правления Оренбургского отдела СКВРиЗ понял только одно: В отношении общественных казаков вообще ничего не готовится и не планируется.

Чиновниками различных ведомств публикуются материалы в отношении казачества, и по ним видно, что существенного ничего не делается.

Вот развитие видно, если взять, к примеру, чеченцев. Государство заинтересовано в чеченцах и Чечне, и туда идут миллиарды. Видим строительство, вливания денег, причем деньги идут не только туда — недвижимость покупается на территории России: заводы, фабрики, жилые массивы, земли. И тут мы скажем: да, президент и особенно председатель правительства очень заинтересованы в развитии Чечни.

— Но в лучшем случае что могли бы предложить России казаки?

— Я думаю, что казачество смогло бы быть цементирующей силой везде. Мы сегодня можем выстраивать какую-то свою политику в регионах, только благодаря тем организованным казачьим организациям, которые там самостоятельно развиваются, без всякой поддержки. Но, к сожалению, в регионах начинает вмешиваться государство и делить казаков на своих и не своих.

— По-прежнему ведется вечный спор: что есть казак — сословие, народность, профессия или, может быть, образ жизни. Какова Ваша позиция?

— Народом может называться только та часть населения земного шара, которая несет вселенскую нагрузку. Но от народностей в 100-200 тысяч, миллион или 2-3 миллиона ничего не зависит на Земле.

Казаки — это лучшая часть русского народа. В эмиграции самостийники, которые выступали за обособление, чем закончили? Их потомки уже не говорят и не пишут на родном языке.

Я лично не понимаю тех, кто носится с планом создания Казакии. Да, я не спорю, может, Казакия и существовала когда-то, но какое отношение мы, казаки России, к ней имеем? А со всеми этими увязками — «как подходит казак — кайсак, значит, родня!» — мы сейчас и у негров, и папуасов найдем слово «казак», что-то означающее. Все, кто пошел по самостийному пути, уже не говорят по-русски, не знают культуры, обычаев и веры. Они пропали, потому что мелкий ручей всегда пересыхает, и надо всегда держаться реки, а не отделяться в мелкое русло.

— Что нужно, чтобы считаться казаком?

— Вести казачий образ жизни. Если смотреть происхождение казачье, то некогда почти вся Россия была казаками. Мы найдем и слободское казачество, которое по численности почти равнялось Донскому казачеству. Откуда оно взялось? Моментально почти вся Сибирь и до Дальнего Востока стали казаками. Да, мы часть русского народа, но мы идем отдельным казачьим родом, потому что живем немного по-другому, быт у нас свой. Поэтому, если так выразиться, казак — это, скорее всего, диагноз. Это состояние души русского человека в экстремальных условиях.

Хотя сразу казаком ты не станешь, необходимо сформироваться как казаку. Сам образ жизни другой. На казаков никогда не давило крепостное право. Казаки боялись отождествлять себя с крестьянами (мужиками), чтобы не превратиться в крепостного. Эта грань их пугала. Так уж сложилось, что казаки на определенном этапе стали военным сословием. Было вольное казачество, которое было взято под систему государственного управления, при этом казачий принцип демократизма не был нарушен. В станицах все были равными и избирались независимо от того, граф он, дворянин или офицер, все казаки. Офицером быть было престижно, но статус казака делал всех равными. Казака оценивали: какой хозяин, как на службе на войне проявил себя, каких детей вырастил, какое хозяйство и каков он сам как человек. А основным мерилом всегда была совесть.

— Какова разница между казаком до 1917 года и сегодня? Особенно по самоопределению, мировосприятию.

— Очень большая. Тогда в основной своей массе казачество проживало в станицах, на хуторах в сельской местности. Казак замыкался в своей семье, он четко знал: вот здесь он родился, крестился, здесь его земля, здесь живет его род. Пришло время — он снарядился и идет на службу, чтобы защищать свое Отечество. Жизнь шла размеренно. Сейчас жизнь намного изменилась, причем не только для казаков. Она стала настолько опасной, что никто не гарантирует, что подрастающее поколение не впитает в себя массу пороков. Сейчас детей надо опекать не до 18 лет, а до конца жизни, а государство не может ничего гарантировать. Вообще за нравственное воспитание народа всегда в ответе глава государства.

Вот, например, 24 часа в сутки все смотрят телевизор, и вся эта гниль с телевизора падает на здоровое тело. Мы не видим сейчас на экранах телевизоров ни тружеников села, кто нас кормит, ни пограничников, защищающих границу, ни нормальных милиционеров (разве нет таких, которые защищают закон), ни ученых? Нет, мы видим только сплошные педер-шоу, участники которых рассказывают нам, как надо жить. Кого мы можем воспитать с экранов нашего телевидения?! А школьная программа!!! Кого можно подготовить по этой программе…

Когда в обществе нет справедливости, то нет и нравственности. А сейчас все сводится к одному — животному инстинкту.

— К вопросу о нравственности и новом поколении. Имеется положительный опыт казачьих кадетских школ-интернатов, где беспризорников и детей-сирот воспитывают в православном ключе и прививают казачьи традиции. Ожидается увеличение подобных учреждений?

— Возьмем опыт нашей страны после Великой Отечественной войны, когда осталось большое количество безотцовщины, беспризорников. Сколько благодаря Сталину было организовано суворовских училищ и морских кадетских корпусов — по всей России! Сколько после этого мы получили людей, достойных граждан нашего государства, принесших великую пользу Родине!  Никто после Сталина не сделал столько, сколько он. Он спас целое поколение, которое могло уйти на вокзалы — в беспризорники, бомжи. Дал детям шанс выучиться, стать учеными, военачальниками, хлеборобами. Тогда поднималось государство. А сегодня брошено всё: ведется сокращение школ, выхолащиваются школьные программы. У нас нынче беспризорников и брошенных детей больше, чем в послевоенные годы, им государство такого шанса выйти в люди не дает.

У казаков всегда ставился вопрос об образовании: и войска, и семьи стремились обязательно дать образование казакам.

Сегодня школы закрываются! Это удар по государству, как бомба замедленного действия. В программах обучения сокращаются предметы, необходимые для формирования личности. Народу необходимы щколы-интернаты, но их нет. Есть кадетские корпуса, в которые очень сложно поступить, и там учится очень маленький процент казаков. Государство должно создавать учреждения типа кадетских корпусов для беспризорных детей. Даже учитывая опыт Московского казачьего кадетского корпуса, можно сказать, что оттуда выпускаются пусть и не казаками, но благородными людьми, впитавшими казачьи традиции.

Кругом у власть имущих в России встречаешь равнодушие, никто не интересуется нравственным воспитанием народа. А ведь уже во всех странах СНГ наводят порядок. В Казахстане не принято курить женщинам, не принято распивать пиво из бутылки и на ходу, уступают места в общественном транспорте пожилым, никто не ругается матом в общественных местах. В Азербайджане то же самое.

Складывается впечатление, что никто из тех, кто управляет Россией, не рассматривает ее на перспективу. Когда происходит падение нравственности, — законы ужесточаются, а у нас наоборот — всё лояльнее.

— Казаки Оренбуржья официально обратились к региональным властям по вопросу открытия казачьего кадетского корпуса.

— Стоит ли казакам принимать активное участие в политической жизни страны, в частности, вступать в партии и проводить линию данной партии?

— Я не против. Наши казачьи лидеры уже работают в партиях. Человек, состоящий в партии, всегда будет работать на идеологию. Казачество должно быть на виду. Приведу в пример Верховного Атамана Виктора Петровича Водолацкого. Есть казачий лидер, на сегодня — Водолацкий. Как он сказал, так казаки и проголосуют, как надо, так и сделают (в этом и заключается успех, в уважении и значении роли казачьего лидера).

— Как с общественным казачеством взаимодействуют Оренбургские региональные власти?

— Скажу честно — никак! Правительство Оренбургской области нечего не делает для реализации Стратегии развития государственной политики Российской Федерации в отношении российского казачества до 2020 года Президентом РФ 15.09.2012 N Пр-2789. Казаки как реестровые, так и общественные делают обращения к власти, но власть просто не желает их слышать. Для казачества сегодня существует проблема взаимодействия с муниципальными образованиями, так как Уставы муниципалитетов не содержат положений о казачестве, так о какой Стратегии можно вести речь.

— Существует региональная рабочая группа Окружной комиссии ПФО в составе Совета при Президенте РФ по делам казачества, председателем является Сергей Гаврилин, но данная группа не собиралась шесть лет. Под различными предлогами Сергей Гаврилин не собирает членов группы для решения насущных казачьих проблем.

А как взаимодействие с губернатором Оренбургской области Юрием Бергом, он же является Членом Президентского Совета по казачеству?

— Губернатор уже не встречался с казаками несколько лет, все вопросы переложил на консультанта отдела по патриотическому воспитанию и делам казачества Александра Караваева.

— Все попытки озвучивания проблем, завершаются простыми чиновничьими отписками. Казачьи лидеры так же не могут добиться встречи с вице-губернатором по внутренней политике Верой Башировой, которая в соответствии со своими полномочиями должна курировать вопросы казачества.

В завершении хочу поинтересоваться, как действует вновь созданный совещательный орган «Объединенный Совет Атаманов региональных казачьих организаций»?

— Данный совещательный орган создан: во-первых, для объединения казачества на территории области, нам нужно решать все вопросы сообща. Региональные общественные Атаманы пригласили в Объединенный Совет и реестрового атамана Виктора Каргалова, но он к сожалению, уклоняется от ответа. Объединенный Совет Атаманов региональных казачьих организаций в настоящее время выстраивает взаимодействие с Полпредством Приволжского Федерального округа, и казаки возлагают надежды на Полпреда Михаила Бабича.

Подготовил Константин Прилепин


Источник: http://kazak56.ru/

Внимание! Мнение редакции КИАЦ может не совпадать с мнением автора статьи.

Категория: Российское казачество | Просмотров: 1018 | Добавил: Сталкер | Теги: казаки, Владимир Филонов, СКВРиЗ | Рейтинг: 4.5/2
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]