Главная / Казаки на северо-западе. Как быть?

Казаки на северо-западе. Как быть?

09.04.2014 07:37
Казаки на северо-западе. Как быть?

За последние годы особую часть граждан, которым нравится думать, что именно они представляют казачество в Санкт-Петербурге и его окрестностях, лихорадит. Сегодня в Петербурге и Ленинградской области более 40 подразделений (обществ), позиционирующих себя с приставкой казачьи. Попасть в них не трудно. В дело возрождения казачьего движения вовлечена уже огромная масса людей. Основной отбор осуществляется по мотивам личной преданности.

Понятия казак, казачество незаметно превратилось в бренд, а у некоторых и в бизнес-концепцию (вспомним июль 2013 года – «международный» казачий лагерь «Доблесть», на который выделено почти семь миллионов средств грантовой поддержки, но и это не могло компенсировать его бойкот со стороны остальных «казаков»).

Проводятся выборные казачьи «круги», казаки взаимодействуют с представителями Русской православной церкви, широко известны и иные мероприятия с участием власть предержащих, есть даже такое общественная организация, как «Казачья милиция.ру» (на улице можно увидеть автомобиль с такой символикой, что провоцирует массу вопросов, но на самом деле их полномочия весьма спорны), но мне никак не удавалось понять – отчего же странная неразбериха годами портит впечатление в этом простом, казалось бы, вопросе. В том смысле, что, почему бы – вместо того, чтобы оппонировать друг другу, не договориться во благо для всех и каждого, ведь сама идея-то возрождения казачества не просто хороша, она социально значима, оправдана, для православных имеет или, лучше сказать, имела перспективы.

И в 2010 году я обратился в одно из «казачьих» подразделений – «Хутор Преображенский», в составе «Отдельного Северо-Западного казачьего округа», где по желанию благому и непринужденному был принят в сию общественную организацию и наделен полномочиями ее члена. Верил в реестровое подразделение, и преспокойно думал, что трудные времена недопонимания и междоусобной возни пройдут, и радуга светлых ориентиров проявится. Казаки на северо-западе не могут договориться, пока не решат самый сложный из всех насущных вопросов – кто из них главный. Этому могла бы помочь власть, но она только разобщает, поддерживая то явно, то косвенно, разные стороны. Соответственно – количество «главных атаманов» у нас равно количеству сторон, а такого не снилось, наверное, даже Владимиру Мономаху.

Был в моем круге общения и такой деятель, как Борис Алмазов, имеющий «особое мнение» на сей счет. Он позиционирует себя как полковник Союза казаков России (СКР) и полагает в связи с повсеместным «возрождением казаков» на северо-западе, что «питерские козаки (ошибки нет – прим. мое) таким образом, натурализуются». И каков вес этой позиции?

Вот вам для размышления и еще одна вариация: как говорится, где подлежащее, где сказуемое? Полковник, да. Но не ровня носителю воинского звания «полковник», и даже не аналог, к примеру, счастливого обладателя специального звания «полковник» в системе МВД. Важное уточнение – полковник – чего?!

Здесь все верно. Полковник Союза казаков России. Разумеется, полковник СКР не любит других казачьих полковников и «неполковников», и поделом: проверить доподлинно – кто из так называемых казаков действительно имеет казачьи корни, как, надеюсь, понимает, педантичный читатель, кроме того, что поверить на слово, попросту невозможно. По крайней мере, в наше турбулентное время и в ситуации, когда казачьи последователи возникают или объявляются на территориях, далеких от мест исконного проживания казаков.

Вся эта не слаженность усугублялась тем, что я лично присутствовал на нескольких «кругах» (2012, Батово, затем круг Отдельного северо-западного казачьего округа, на котором с помпой, любя отхлестав его по спине нагайкой – как положено по традициям — выбрали пенсионера МВД г-на Дарнева – атаманом несуществующего Невского казачьего округа) и видел, как казаки городского казачьего общества (атаман А.Г. Крамарев) конфликтуют с областными. По сути, и то и другое (есть еще и третьи) – суть общественные объединения граждан – не более.

И, поскольку никто из наших бонз мне не объяснил ситуации так, чтобы не осталось вопросов (быть может никто, как и я и толком не знал ответов), не нашел ничего лучшего, как отправить официальный запрос гаранту Конституции РФ — Президенту Российской Федерации – с указанием фактов о моем статусе, и истории выдачи мне удостоверения казака. И, о, чудо — меня удостоили развернутым ответом, который теперь можно читать всем.

Государственная машина, отчасти обоснованно критикуемая «этническими» казаками, у которых как раз в роду предки-казаки, управляется по самому простому пути: есть Федеральный закон Российской Федерации «О казачестве», где изложены все принципы и догматы концепции возрождения казачества. По этому акту федерального значения казаком может стать почти каждый, пройдя определенный путь, предоставив бумаги по установленной форме, выдержав обязательный испытательный срок, в соответствии с регламентом.

Таким образом, если мы хотим жить в правовом поле, то выбор не так уж и велик. По закону — не важно, были у тебя предки казаками родовыми, или может быть, приписными, или вообще не были казаками. Вступай в казачество сегодня и ты – казак.

Разумеется, как говорили на флоте, «такое назначение может обидеть старых заслуженных адмиралов». Но, наверху, на это никто не обращает внимание: есть закон, и его надо выполнять.

Отсюда, понимаем, что казаки и (или) те, кто себя таковыми считает (не суть, что одно и то же) могут встречаться трех видов (с единственной поправкой – я говорю о том, что знаю доподлинно сегодня – о северо-западном регионе России):

Первый, разрозненный и наиболее массовый сегодня типаж, их вы можете встретить на любом казачьем «круге», а может быть даже и в ансамбле хора и пляски, облаченных в казачьи «атрибуты». Их можно отличить по дикой вакханалии в справе (форме) – никакого единообразия: по разным лампасам, погонам, фуражкам, серьгам в ухе и даже прическам. Это казаки – общественники. Соответственно разный колер на лампасах свидетельствует о том, что их предки, возможно, но не очевидно, принадлежали когда-то к разным казачьим войскам, к примеру, васильковый кант – традиционно был у оренбургских казаков, а желтый – у уссурийцев и других.

Они могут считать себя казаками сколь угодно долго – главное, считают ли их казаками другие. А вот этого и не происходит вокруг. По сути, смекалистые «казаки» считают «казаками» только тех, кого знают – по общению или по известным делам. Если создать некоммерческую общественную организацию, с уставом, зарегистрировать официально (как — смотри соответствующие законы, регламент и положения), и назвать его, к примеру, отдельный северо-западный казачий округ, то никто слова не скажет — против. Имеем право. Так же можно было бы назвать такую организацию, к примеру, «наиказачий сверхказачий союз избранных казаков», ну, или даже «СКР» — тоже – не наказуемо.

Как видно из официального письма Окружной комиссии Северо-Западного федерального округа по делам казачества, именно такой округ (читай его первое название – в формате некоммерческой организации) создан и действует в соответствии с уставом. Не наказуемо и то, что члены такой общественной организации носят справу – форму, или, как указано в письме обладающего недюжинным литературным талантом автора — секретаря названной комиссии: «надо полагать, что в иных случаях форма, чины и удостоверения являются атрибутами общественных организаций и не подлежат государственной регламентации».

Переведу на простой русский язык, чтобы и питекантроп понял верно, поясню: если уставом предусмотрено возможность специальной формы для конкретного общества, то его члены могут ее носить повсеместно. Другое дело, что эта форма (справа) не должна точно соответствовать принятой форме для казаков, состоящих в реестре казачьих войск. А вот в этом месте и есть нарушение, на которое власть предержащие закрывают зеньки, и это намеренно или неосмысленно создает дурной прецедент, который вводит в заблуждение граждан.

Не может у общественного объединения граждан быть аналогичная с реестровыми казаками форма, иначе, значит, кто-то из них носит ее незаконно. По-крайней мере такой вывод напрашивается по логике последовательных размышлений, и до тех пор, пока не доказано (не разъяснено иное).

Второй тип казаков – члены казачьих обществ, внесенных в государственный реестр казачьих обществ в Российской Федерации; реестровых – однозначно — то есть войсковых казачьих обществ.

Фраза из официального ответа «войсковое казачье общество на территории Северо-Западного федерального округа не создано» красноречива сама по себе: значит, у нас нет реестровых казачьих обществ. А сие значит также и то, что те, кто «косит под реестр» суть самозванцы. По крайней мере, до тех, пор пока ситуация официально не изменится, ведь, принимая стиль общения секретаря из Аппарата полномочного представителя Президента Российской Федерации в Северо-Западном федеральном округе, надо полагать, что когда-то и нас все же достигнут нужные и важные изменения, и войско – таки будет создано.

И, надо полгать, третий тип представителей казачества – это именно те, кто является потомками родовых казаков. Те, которых проверить «по метрикам», обычному гражданину затруднительно, как затруднительно ему и проверить основания надетых на кителях медалей.

Удостоверении казака мне выдал «начальник штаба Отдельного Северо-Западного казачьего округа» г-н Баштин А.Ю, а вписывал «мою принадлежность» и чин своей рукой в чистый бланк г-н Пропалов Г.Н. (в связи с вышесказанным непонятно – какое право они оба имеют как на свои погоны, так и на раздачу чинов другим «желателям»), в обычной обстановке «за чаем», в офисе в Соляном переулке, он же ставил печать «Администрация Президента Российской Федерации по вопросам казачества. Отдельный Северо-Западный казачий округ».

А из официального письма явствует, что «структуры под названием «Администрация Президента РФ по вопросам казачества не существует». Ну, вот и приехали. Значит, или мне снится на яву, или высокий Аппарат, признавая полномочия Баштина, признает и то, что он выдает «никчемные бумажки», да еще с печатью несуществующей «Администрации Президента Российской Федерации по вопросам…».

Причем, опять же – надо полагать, что таких удостоверений казака выдано не десять, а сотни, да и сами граждане-казаки Пропалов и Баштин и многие, многие другие имеют те самые липовые «удостоверения».

В телефонном разговоре со мной (еще до ответа на мой запрос) г-н С.А. Ремизов (автор ответа) признал, что это непорядок. И рассказал о том, как он представляет собой борьбу с явлением. По Ремизову — будет дана команда силами полиции изымать такие «казачьи удостоверения» (вероятно – лишь в том случае, когда их случайно предъявит пьяный казак, иначе – нет события преступления, не потому, что нет пьяного, а потому, что нет факта предъявления, который надо еще доказать, то есть заактировать, и мотивации выгоды из него). Но люди, те, что их выдавали, останутся под крылом у власти.

В общем-то, сие может быть и неплохо, жить с этим большинству оставшихся, не охваченных казачьим движением на северо-западе не затруднительно. Но уж больно странно представляется мне, примерно три года как объегоренному этими деятелями, каким образом в их обществе я могу «реализовывать гражданскую позицию» путем «более активного участия в работе существующих казачьих обществ» (смотри заключительный абзац)?

Предполагается, очевидно, что до сих пор я был малоактивен. Фантасмагория. Но это поправимо.

Что остается делать рядовому члену общества в чине, впрочем, немалом? Наверное, надо просто жить, и спокойно смотреть на все это, как на очередную имитацию, особо не переживая. Или не брать на себя мировые проблемы космического масштаба и космической же глупости, а решать насущный вопрос – уместно ли находится рядом с членами общества, такими же как и сам, и делать посильную работу.

К примеру, из всего вышесказанного (и это подтверждается официальном письмом из Аппарата полномочного представителя Президента России) наглядно явствует, что вы можете состоять в обществе, позиционирующем себя, как казачье, это ненаказуемо, и у вас даже может быть документ, удостоверение, выданное правлением этого общества (как вариант – атаманским правлением), в котором даже может быть указан ваш чин – вплоть до генерала-адмирала-маршалла, и соответственно статус – член общественного объединения граждан – не более (полномочия смотри в федеральном законе «Об общественных объединениях…»).

В формате общественной организации сие допустимо. Но у вас не может быть «номерного» удостоверения казака, изготовленного на официальном бланке, заверенного печатью несуществующей Администрации Президента Российской Федерации по вопросам казачества. Вот за такое попустительство надо драть пять шкур с людей, которые одаряют других такими документами, дискредитируют себя в казачьем движении.

Вот только вопрос «как» так и повис в воздухе даже после «официального ответа» советника департамента по вопросам внутренней политики — секретаря Окружной комиссии Северо-Западного федерального округа по делам казачества. Как говорится – как хочешь – так и реализовывай свою гражданскую позицию. Хочешь – играй со взрослыми дядьками в чины и лампасы, вырабатывай командирский голос по призывной фразе «братья-казаки!», а хочешь – отойди в сторону, и не мешай нам творить историю возрождения казачества на северо-западе России.

Чтобы не вводить в заблуждение граждан, не разбирающихся в нюансах, правильно позиционировать себя примерно так: «Общественной организации «Хуторское казачье общество «Хутор Преображенский» заместитель начальника штаба по связям с общественностью и СМИ (сюда вставить «чин») Кашкаров Андрей Петрович»

Андрей Кашкаров


 



 


Источник: http://www.chaspik.spb.ru/people/kazaki-na-severo-zapade-kak-byt/

Внимание! Мнение редакции КИАЦ может не совпадать с мнением автора статьи.

Категория: Российское казачество2 | Просмотров: 1365 | Добавил: Ст-администратор1 | Теги: Баштин А.Ю., Андрей Кашкаров, казачество, санкт-петербург, Пропалов Г.Н., С.А. Ремизов | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]